Свердловская власть оказалась в самом глубоком системном кризисе за последние десять лет. Арест руководства МУГИСО расшатал бюрократическую систему, которая создавалась годами. Министры отказываются подписывать документы, а их подчиненные готовы «писать руководителей», чтобы в случае визита силовиков иметь доказательства получения команды свыше. Сколько документов выпустило в мир «самое богатое» ведомство, можно ли получить право министерской подписи через два месяца после назначения и как в регионе провалено требование российского премьера — читайте в материале «URA.Ru».

Работа свердловской власти парализована. После ареста главы регионального Мингосимущества Алексея Пьянкова и двух его заместителей институты исполнительной власти региона перешли на «сберегающий» режим работы.

МУГИСО пострадало больше всего: как рассказывают инсайдеры, назначенный исполняющим обязанности главы ведомства вице-премьер Сергей Зырянов не подписывает ни одного документа, делегируя это право единственному оставшемуся на свободе заместителю — Александру Самбурскому.

Министерство готовило концепцию развития рекламного рынка Екатеринбурга (полномочия, за которые так бились областные власти), и представить ее планировалось на выездном заседании правительства 26 апреля. Но в этот день силовики провели обыски в квартирах и кабинетах руководителей министерства, и утверждение концепции было перенесено на неопределенный срок.

Пресс-секретарь МУГИСО Юлия Вершецкая сообщила, что утверждение концепции запланировано на третий квартал 2016 года. Сейчас ведомство должно объявить конкурс на демонтаж незаконно установленных конструкций, но когда этот процесс стартует — пока не уточняется.

Еще один проблемный блок — управление госсобственностью. Отчет об эффективности предприятий, принадлежащих Свердловской области в лице МУГИСО, также планировалось принять за день до ареста. Но концептуальный документ, который должен лечь в основу целого ряда решений по областным активам, не был утвержден.

«Представители МУГИСО участвуют в управлении 12 госпредприятиями, которые не имеют права принимать решения без санкции. Их финансово-хозяйственная деятельность тормозится.

Проблемы могут возникнуть по «Корпорации развития Среднего Урала», где после скандала с хищением акций «Кольцово» управление максимально формализовано», — говорит собеседник.

Предприниматели утверждают, что «дело МУГИСО» отразилось на всей бюрократической системе, которая без сбоев функционировала несколько лет.

«Сейчас она фактически остановилась», — описывает ситуацию в правительстве знакомый бизнесмен.

«Есть крупные проекты, которые либо были привязаны к областным программам, либо были инициированы при поддержке правительства, они и пострадали. В министерстве строительства Свердловской области зависают целые пакеты документов по инфраструктуре, которые прошли все согласования и нуждаются только в одной правке, только потому что министр ответственность на себя не берет, глава профильного департамента подписывать такие документы не имеет права», — рассказывает собеседник, не пожелавший называть своего имени.

Вопрос права подписи в минстрое решен очень просто. Все документы, в которых юристы видят малейший риск, отправляются на доработку, дополнительные согласования. В конце апреля исполняющим обязанности министра был Алексей Крупкин. Он выходец из ФСБ, и больше, чем кто-то другой, понимает всю степень риска. Поэтому теперь исполняющим обязанности стал молодой замминистра Сергей Киселев, назначенный указом губернатора на эту должность только в начале марта». И.о. министра строительства Киселев уже подписал пять приказов.

В министерстве транспорта и дорожного хозяйства Свердловской области ситуация еще хуже. Крупнейший распорядитель бюджетных средств, который считается и самой непрозрачной структурой в системе правительства, затаился. В мае в базе данных нормативных актов минтранс опубликовал только два документа — отчет об исполнении майских указов и распоряжение правительства Свердловской области. Ранее ведомство работало как «принтер». Источники агентства рассказывают, что в минтрансе, который, помимо дорожной отрасли, курирует также информационные технологии и связь, огромный документооборот.

Курирующий свердловский минтранс вице-премьер Валентин Грипас, который недавно ездил в Москву и стал вторым высокопоставленным членом кабмина, попавшим в разработку силовиков, в своем окружении бравировал тем, что не подписывает никаких документов, которые могли бы создать ему проблемы, рассказывает источник из окружения чиновника. Однако оказалось, что завизированные вице-премьером протоколы совещаний тоже могут представлять опасность.

Источник агентства из правительства Свердловской области говорит, что заблокированной оказалась не только внешняя документация, подлежащая публикации, но и документы для служебного пользования.

«Внутренняя документация проходит через систему электронного документооборота (СЭД) — это межведомственная переписка, которая работает как часы. Есть категория документов, которая в обязательном порядке должна быть подтверждена директором департамента административных органов губернатора. Но Валерий Алешин указом губернатора покинул свой пост — ему исполнилось 60 лет. Нового указа о назначении на эту должность нет, поэтому документооборот в СЭД теперь тоже остановился», — говорит источник в «Белом доме».

Если раньше предпринимателей беспокоила закрытость министерств, низкие показатели работы по принципам ОРВ (оценка регулирующего воздействия — публичная экспертиза качества нормативных актов), то сейчас региональная власть и вовсе дестабилизирована. Хотя власти должны налаживать работу по межведомственному взаимодействию.

«Согласно постановлению российского премьера Дмитрия Медведева, система должна заработать с июля. Ведомства не имеют право запрашивать у граждан документы, которые могут быть получены по «межведу». Это было сделано для упрощения документооборота. Сначала городские власти стали блокировать подписание документов, и «межвед» между городом и областью был заблокирован. Теперь проблемы — на уровне области. В результате складывается ситуация, при которой страдает бизнес», — говорит управляющий партнер юридической компании «ЭНСО» Алексей Головченко.