Российское Министерство обороны сообщило, что США приступили к созданию комплексов быстрого глобального удара, что негативно сказывается на мировой безопасности. Соединённые Штаты планируют получить возможность разгромить любого противника в течении часа, используя сверхсовременные вооружения. При этом использовать ядерное оружие не планируется. На какой стадии находится разработка американского «чудо-оружия», и что ему может противопоставить Россия — в материале RT.

Россия считает разработку в США систем быстрого глобального удара (Prompt global strike (PGS)) вызовом собственной национальной безопасности и фактором, подрывающим сложившийся в мире баланс сил. Об этом заявил представитель Минобороны России Александр Емельянов на совместном российско-китайском брифинге по противоракетной обороне в Нью-Йорке.

«Это очень старая модель, в целом это концепция довольно устаревшая. Но, так как в США сейчас реализуется программа модернизации вооружённых сил, реорганизация затронула и данную концепцию, - отметил в беседе с RT эксперт Центра геополитических экспертиз Леонид Савин. - В целом, речь идёт о том, чтобы создать носители и средства доставки оружия, которые бы достигали цели за очень короткое время».

Эта идея возникла в Соединённых Штатах Америки в начале 2000-х годов, в администрации президента Джорджа Буша - младшего. Её сторонники обосновывали необходимость создания таких систем изменением геополитической ситуации. Они утверждали, что США не могут полагаться в проведении наступательных операций только на сеть военных баз за рубежом, не в любой точке земного шара можно действовать с опорой на эти базы. Другой аргумент в пользу средств быстрого глобального удара - то, что они обеспечат американским вооружённым силам преимущество в скорости ведения боевых действий.

Последнее, по планам американских стратегов, должно было дать им возможность нейтрализовать противника ещё до того, как он успел бы развернуть свои силы и средства. В качестве предполагаемых мишеней значились жизненно важные объекты инфраструктуры и командные центры, а также пункты базирования стратегических ядерных сил противника.

Необходимость создания такой системы обосновывалась в многочисленных докладах аналитических центров Пентагона, начиная с 2001 года. В 2003 году ВВС США выпустили официальное заявление о необходимости создания сил быстрого глобального удара. В 2002 году Стратегическое командование Вооружённых сил США, отвечавшее за управление стратегическими ядерными силами и средствами ПРО, было объединено с Космическим командованием, а в 2003 году указом президента США на преобразованное командование возложили и задачи обеспечения быстрого глобального удара.

Адмирал Джеймс Картрайт, возглавлявший Стратегическое командование ВС США в 2004-2007 годах, подчёркивал, что способность к нанесению глобального удара подразумевает нечто большее, чем возможность просто донести боевой заряд до цели. «Она включает в себя возможность быстро планировать, быть точными в разведке и собирать разведывательные данные быстро, и затем использовать эти данные при наведении на цели и понимать результат, которого мы хотим добиться», - заявлял он на слушаниях в комитете сената по вооружённым силам 4 апреля 2005 года.

«Министерство обороны рассматривает некоторое количество систем, которые могут обеспечить Соединённые Штаты ударным потенциалом большой дальности: бомбардировщики, крылатые ракеты и «технологии ускоряющего скольжения», которые позволят создать ракетный ускоритель для гиперзвукового оружия», - отмечает в своём докладе о состоянии систем быстрого глобального удара, подготовленном для Конгресса США, специалист по политике в области ядерного оружия Эми Ф. Вульф.

Во время пребывания у власти президента США Джорджа Буша - младшего главное значение придавалось проектам, связанным с модернизацией межконтинентальных баллистических ракет. Предполагалось, что они станут основой для систем быстрого глобального удара. Однако после 2008 года, при администрации Обамы, упор был сделан на исследования в области создания гиперзвукового оружия.

В 2003 году ВМС США начали работу над модернизацией головной части ракет Trident II, располагавшихся на подлодках. Целью было повысить точность разделяющихся боеголовок, что позволило бы оснастить их не ядерным, а конвенциональным боевым зарядом. В 2008 году Конгресс отказал этой программе в финансировании, однако ВМС продолжили рассматривать возможность размещения на подлодках ракет с неядерным боезарядом.

Одним из вариантов, в частности, было размещение на ракетах Trident II разделяющихся боеголовок с вольфрамовыми стержнями. С 2005 года ВМС США работают над SLIRBM - программой размещения конвенциональных боезарядов высокой точности на баллистических ракетах средней дальности, находящихся на подводных лодках.

Согласно запросам Минобороны США на финансирование в рамках проектов бюджета на 2017 и 2018 год, испытания элементов системы мгновенного глобального удара подводного базирования должны состояться в конце 2017 и в 2019 году.

Работы над программой HTV-2 начались ещё в 2003 году. Её цель - создание оружия, способного развивать скорость, в пять раз превышающую скорость звука, и донести конвенциональный боезаряд из США в любую точку земного шара менее чем за два часа. Сверхзвуковой глайдер должен запускаться с помощью межконтинентальной баллистической ракеты, выйти на суборбитальную высоту и, двигаясь по «скользящей» траектории, поразить цель. Два испытания системы были проведены в 2010 и 2011 годах. Оба закончились неудачей. Главная проблема - управление полётом глайдера после его отделения от ракеты-носителя - пока не решена.

С 2008 года ВВС США начали разрабатывать ракетные системы наземного базирования, которые могли бы нести конвенциональный боезаряд. Их отличием от обычных баллистических ракет должна стать другая траектория полёта - более низкая, чем применяется на ракетах с ядерным боезарядом. Боеголовка после отделения от ракеты-носителя должна маневрировать при заходе на цель. В 2012 и 2015 году планировались испытания этого оружия, однако тесты были перенесены на неопределённый срок. Пентагон отмечает, что они не начнутся ранее, чем завершатся общие исследовательские работы и тестирование боевой части, которое ещё и не начиналось. По мнению Эми Ф. Вульф, испытания начнутся после 2020 года.

AHW (Advanced Hypersonic Weapon) - «перспективное гиперзвуковое оружие» - проект, который реализуется сухопутными войсками США. Он аналогичен проекту HTV-2 ВВС и DARPA. Финансирование разработки началось в 2006 году. Как и HTV-2 AHW это сочетание гиперзвукового глайдера и ракеты-носителя. Однако последняя будет иметь меньшую дальность. Дизайн глайдера также будет отличаться от аналога ВВС, он будет конусовидным, а не клиновидным. Первое лётное испытание этого оружия в ноябре 2011 года завершилось успешно. Стартовавшая с Гавайских островов ракета запустила гиперзвуковой планирующий аппарат, приземлившийся в районе Маршалловых островов в 3700 км от точки пуска. Второе испытание в августе 2014 года закончилось неудачей - ракета-носитель была уничтожена при запуске из-за проблем с системой.

Ещё один тип оружия, который может использоваться в системе быстрого глобального удара, - гиперзвуковые ракеты, запускающиеся со стратегических бомбардировщиков. X-51A Waverider - одна из таких разработок, плод совместной работы DARPA, ВВС США и Boeing. Ракета прошла испытания в 2009, 2010 и 2013 годах. Последний тест был признан относительно успешным. На вооружение ВВС США изделие поступит в середине 2020-х годов. Ожидается, что его скорость будет достигать 6,5-7,5 тыс. км/ч, а дальность полёта составит 760 км.

Помимо этих, «официально» признанных США элементов системы быстрого глобального удара, в СМИ идут спекуляции на тему ещё одного его вида - так называемого проекта «Тор». Речь идёт об идее размещения в космосе кинетического оружия, например ракет с боеголовками с вольфрамовыми игольчатыми боеприпасами длиной до шести метров, испаряющими цель при столкновении. Необходимую энергию эти «стержни Бога», как их окрестили в популярной литературе, приобретают в ходе полёта к цели. Американцы подчёркивают, что «Договор о космосе» 1967 года не запрещает размещения на околоземной орбите обычных вооружений, в отличие от оружия массового уничтожения.

В 2010 году при подготовке договора между Россией и США о мерах по дальнейшему сокращению и ограничению стратегических наступательных вооружений (СНВ-3), российская сторона выразила озабоченность созданием систем быстрого глобального удара со стороны США. Согласно статье 6 Договора, под ограничения, аналогичные действующим в отношении ядерного оружия, попадает конвенциональное оружие, если для его запуска используются баллистические ракеты с дальностью свыше 5 500 км (для ракет морского базирования - свыше 600 км).

То есть для того, чтобы разместить на обычной межконтинентальной баллистической ракете наземного базирования или любой баллистической ракете морского базирования конвенциональную боеголовку, США должны снять с вооружения боеголовку ядерную. Однако другие элементы системы быстрого глобального удара не попадают под ограничения действующего договора.

Помимо заявлений, Россия может предъявить американцам свои средства сдерживания.

«У нас есть необходимое и достаточное количество систем и вооружений, которые могут нейтрализовать попытки США получить одностороннее преимущество, как в космосе, так и на земле, и в океане», - отмечает Виктор Литовкин.

Так, в нашей стране идёт активная работа по созданию своего гиперзвукового оружия. В апреле 2017 года прошли успешные испытания гиперзвуковой ракеты «Циркон»», запущенной с морской платформы. Сообщается, что она может стартовать с тех же пусковых установок, что и уже стоящие на вооружении ракеты «Калибр» и «Оникс». Дальность действия «Циркона» - 400 км, скорость равна восьми числам Маха - это ориентировочно 9600 км/ч (число Маха усреднённо соответствует скорости звука. – RT). Ранее сообщалось о запусках с космодрома «Плесецк» баллистических ракет с глайдером «Ю-71» - это тоже аналог американских гиперзвуковых систем, развивающий скорость в 10 чисел Маха.

Наконец, на вооружение российских войск в 2018 году должны поступить ЗРК С-500 «Прометей», способные уничтожать гиперзвуковые цели, низкоорбитальные спутники и космические средства поражения.

По мнению Виктора Литовкина, нельзя снимать со счетов и российские средства ядерного сдерживания.

«Американцы наивно полагают, что если они нанесут удар неядерными средствами, например по России, то Россия не сможет ответить. Но надо понимать, что в российской военной доктрине записано, что при нападении на нашу страну государства или коалиции государств, обладающих ядерным оружием, наша страна может в ответ применить своё ядерное оружие. Так что США не отвертятся от всесокрушающего удара России», - подчёркивает эксперт.

Не спасёт американцев и их глобальная система ПРО.

«Это наивное заблуждение, перехватить все ракеты невозможно», - резюмирует Виктор Литовкин.